Роман Фёдора Достоевского «Преступление и наказание» вырос не из чистого вымысла: писатель постоянно читал газетную криминальную хронику и брал оттуда реальные сюжеты. Побывав на каторге и наслушавшись историй настоящих преступников, он научился видеть в происшествиях общественный смысл и «зачитывался криминальной хроникой до конца жизни», как отмечает Анастасия Першкина.
Дело Герасима Чистова
Самый известный источник — дело Герасима Чистова, московского раскольника, убившего двух женщин. Первые сообщения о двойном убийстве появились в московских и петербургских изданиях вскоре после преступления, а потом вышли заметки о поимке злоумышленника. Отсюда в романе и двойное убийство, и фамилия героя, и возраст жертвы-процентщицы.
Дело Данилова и замысел «Исповеди убийцы»
Есть и второй след — судебное дело Данилова, чей процесс подробно описан в книге «Уголовные тайны, разоблачённые судом и следствием». А сама сюжетная линия Раскольникова выросла из замысла повести «Исповедь убийцы», которую Достоевский вынашивал ещё с каторги.
Обращение к подлинным уголовным делам было для Достоевского не погоней за сенсацией, а способом говорить о нравственных и общественных вопросах на материале, который читатель мог проверить по свежим газетам. Газетная хроника давала ему готовую фактическую канву — двойное убийство, психологию преступника, ход следствия, — а писатель наполнял её тем смыслом, который видел в реальных человеческих судьбах ещё на каторге.