В романе Фёдора Достоевского «Преступление и наказание» Раскольников сравнивает помолвку сестры с Лужиным и судьбу Сони Мармеладовой, потому что видит в обеих женщинах одну и ту же готовность принести себя в жертву ради близких. Только что он прочитал письмо матери о помолвке Дуни — и тут же вспомнил исповедь Мармеладова о Соне. С.В. Белов прямо указывает, что в четвёртой главе герой «обдумывает это письмо, находит в нем аналогию с рассказом Мармеладова: жертва Дуни того же порядка, что и жертва Сони».
Не равенство, а противопоставление
При этом Раскольников не уравнивает сестру и Соню, а ставит их рядом, чтобы резче обозначить разницу. Г.А. Мейер подчёркивает: «Соню ведёт к падению смиренная жертвенность, Дуню — гордыня». Соня идёт на дно, потому что не может иначе — её жертва тихая, без расчёта и без оправданий перед собой. Дуня же соглашается на брак с Лужиным из гордости: она хочет спасти брата, но одновременно и возвыситься через этот шаг, доказать себе и другим свою силу.
Именно поэтому брак с Лужиным Раскольников называет «наихудшим видом проституции» — потому что там жертва прикрыта венцом и уважением, а значит, самообманом. Соня отдаёт себя открыто, и в этом её правда. Дуня же прячет ту же сделку за благопристойной формой, и это для Раскольникова невыносимее.
Личный счёт
Есть и ещё одна причина, по которой герой реагирует так остро. Дуня жертвует собой ради него, брата. Это его и мучит — он чувствует свою причастность к её решению, понимает, что помолвка с Лужиным состоялась из-за его нужды и его будущего. Отсюда и ярость, с которой он отталкивает жертву: принять её — значит признать, что он и есть причина падения сестры.
Соня в этом смысле дальше от него: её жертва принесена ради семьи Мармеладовых, а не ради него. Но именно потому, что он видит в Дуне ту же логику жертвы, что и в Соне, он судит сестру строже — её гордыня ему ближе и понятнее, чем смирение Сони, и потому непримиримее.