В романе Фёдора Достоевского «Преступление и наказание» Соня Мармеладова упоминает, что читала «Физиологию» Льюиса — и получила её «через посредство Лебезятникова». Речь идёт о книге «Физиология обыденной жизни» Джорджа Генри Льюиса, научно-популярном сочинении, изданном в России в переводе профессоров Московского университета С. А. Рачинского и Я. А. Борзенкова. Она объясняла обычные жизненные процессы — дыхание, пищеварение, сон, работу нервов — с естественнонаучной, материалистической точки зрения.
В 1860-е такая литература была почти обязательным чтением для материалистически настроенной молодёжи, наряду с Боклем, Дарвином, Молешоттом и Бюхнером. По воспоминаниям современников, на неё «с жадностью набрасывались» нигилистки того времени. Книга Льюиса в этом ряду занимала особое место: она не просто излагала факты, а предлагала читателю взгляд на человека как на природный организм, все проявления которого — от дыхания до мышления — поддаются объяснению без обращения к душе и нравственному закону.
Достоевскому такая попытка объяснять мораль и нравственность «с позиций позитивизма» была глубоко чужда — потому пропагандистом книжки в романе и выступает Лебезятников. Этот персонаж, с его упрощённым и вульгарным материализмом, комичен и жалок, но именно он снабжает Соню «просветительской» литературой. Для Сони это единственное «просвещение»: после Кира Персидского и пары романов — вот и вся её образованность. Круг её чтения оказывается трагически случаен: вместо Евангелия, которое она втайне хранит, ей предлагают популярный учебник физиологии, объясняющий жизнь без Бога.
В этом контрасте — суть авторского замысла. Достоевский сталкивает два способа понимания человека: научный, позитивистский, представленный Льюисом и Лебезятниковым, и религиозный, носительницей которого остаётся Соня. Она читала «Физиологию», но живёт по вере — и именно это несоответствие делает её образ таким живым и сложным.