В романе Фёдора Достоевского «Преступление и наказание» Порфирий Петрович, объясняя самооговор Миколки, замечает: «из раскольников… у него в роде бегуны бывали». Бегуны — это радикальное ответвление старообрядцев-беспоповцев, которые считали мир и государство «антихристовыми» и уходили от них в леса и пустыни. Для них «пострадать» означало не наказание, а подвиг: добровольно принятое страдание за веру очищает душу и приближает к Христу.
Миколка, по словам Порфирия, вырос в среде, где разрыв с официальным порядком был семейной традицией. Он «в пустыню бежать хотел», «рвение имел, по ночам Богу молился, книги старые, „истинные“ читал» — то есть искал не оправдания, а мученичества. Поэтому самооговор в убийстве для него не безумие, а способ «принять страдание за Христа».
Достоевский не случайно делает Миколку земляком Раскольникова — оба из рязанских мест, где селились раскольники. Только один идёт к «праву на кровь», а другой — к добровольной жертве. Этот «двойник» важен для понимания идеи Раскольникова: рядом с героем, придумавшим теорию о «необыкновенных» людях, которым позволено преступать, оказывается человек из той же среды, для которого страдание — не слабость и не наказание, а единственный путь к очищению.